LEONARDO 2019 ФЕСТИВАЛЬ АРХИТЕКТУРНАЯ ОСЕНЬ
ПРОМЫШЛЕННАЯ АРХИТЕКТУРА В ПРОШЛОМ, НАСТОЯЩЕМ И БУДУЩЕМ

Елена Морозова

Среди всех видов деятельности архитектура – это одно из древнейших занятий. А промышленная архитектура, как ее отдельная область, является, пожалуй, самой молодой: она существует около 300 лет.  

Возникновение промышленной архитектуры датируется началом XVIII в. и сопряжено со становлением нового способа производства и новых общественных отношений – капиталистических. Тем не менее до этого времени объекты трудовой деятельности строились и были довольно широко представлены во всех странах. Их дифференциация и выделение в самостоятельную группу начались еще в античном обществе, однако принципы и приемы пространственной организации этих построек не отличались от общих подходов, имевших место в архитектуре. Так же, как и жилые здания, производственные и хозяйственные строения в своих объемно-планировочных параметрах рассчитывались на человека и если полностью и не походили на них, то только благодаря несколько большим размерам и скромному декору или его отсутствию.

Стать объектами специального проектирования производственные постройки заставил машинный способ производства, который характеризовался массовым использованием работавших от внешнего источника энергии механизмов, разделением технологического потока на узкоспециализированные операции и серийностью выпускаемой продукции. Пространство должно было рассчитываться сразу на две системы – машины и человека, причем последний был поставлен в совершенно новые, подчиненные условия. Соответственно изменились подходы к архитектурной организации зданий, их планировочным параметрам и масштабу. Показательно, что в первых фабричных постройках расстановка опор, размещение проемов, высота этажа определялись исходя из габаритов станков, потребности же человека не учитывались до такой степени, что необходимые в многоэтажном здании санитарные узлы не предусматривались, их располагали вне объема, на улице.

Родиной первых объектов промышленной архитектуры стала Великобритания, здесь в 1720–30-х гг. начали массово возводиться необычные для того времени здания – прямоугольные многоэтажные объемы, выполненные из красного кирпича и, по замечанию немецкого архитектора К.Ф. Шинкеля, «без всякой архитектуры» [1, c. 55]. Но как раз в этом-то К.Ф. Шинкель ошибался. Внешний вид новых зданий демонстрировал не отсутствие архитектуры, а предвосхищал утвердившуюся в конце XIX и заполонившую практически весь XX в. новую эстетику – художественное мировоззрения функционализма, получившее название современного движения, или интернационального стиля. Участие промышленной архитектуры в его формировании признано историками и искусствоведами во всем мире – «…монументом современного движения стала фабрика» [2].

Развитие промышленной архитектуры шло стремительно. В ней сразу же стали складываться две новые типологические единицы разного пространственного уровня – фабричное здание с его разновидностями и промышленное поселение. Впоследствии добавились и другие типы – промышленное сооружение, предприятие, район и все его модификации, зона смешанного использования и т.д.

Интересно, что первым фабричным зданием, в отличие от так называемых гражданских, было многоэтажное строение, причем со значительным количеством этажей – 5–8. Это объяснялось влиянием на формообразование систем подведения энергии к станкам (в то время энергии движущейся воды). Именно благодаря эффективности вертикальных трансмиссий, обеспечивавших наименьшие потери энергии, промышленная архитектура сразу смело шагнула вверх. Одноэтажные корпуса, кстати, сегодня являющиеся приоритетным типом и охватившие все отрасли практически на 70%, сформировались как объект на 50–60 лет позднее многоэтажных. Одноэтажное строительство в промышленной области оказалось делом не простым, что объяснялось необходимостью иметь большие планировочные параметры одновременно по длине и ширине объема, а вопросы эксплуатации помещений таких размеров: освещение, отопление, вентиляция, не говоря уже о внутреннем транспорте, – требовали развития технических новаций, а значит – времени.

Вообще, промышленная архитектура считается «…одной из наиболее новаторских областей, питающей многие другие области новыми приемами, средствами и формами» [3, c. 80]. И первыми, и наиболее значимыми здесь были пространственно-конструктивные усовершенствования. Формирование ярусного, свободного в пределах каждого уровня производственного пространства было возможно только при использовании внутреннего каркаса, который в XVIII в. уже был известен, но именно в многоэтажных фабричных корпусах нашел массовое применение и получил техническое развитие. А следующим шагом стало создание полнокаркасной конструкции. Это произошло в середине XIX в. практически одновременно в США и Европе: 1849 г. – литейная мастерская в Нью-Йорке (США, инж. Дж. Богардус); 1858–1860 гг. – кузница Боатхаус в Ширнесси (Великобритания, инж. К. Грин). Яркий пример промышленной архитектуры, шоколадную фабрику Менье в Нойзел-сур-Марне (Франция, арх. Дж. Сулниер, 1869–1872 гг.) известный теоретик архитектуры  З. Гидион назвал первым в мире каркасным зданием [4].

Полный каркас изменил внешний облик зданий, появилась возможность увеличить размеры и число окон и в конечном итоге полностью остеклить фасады. В промышленной практике они так и назывались «стеклянными фасадами» или «стеклянными фабриками». Из промышленного строительства полнокаркасная система шагнула в общественные здания, и прежде всего в торговые и административные. Прототипом многих чикагских небоскребов второй половины XIX в. послужили многоэтажные складские и фабричные корпуса [4, с. 206–234].

Огромный вклад промышленная архитектура внесла в разработку новых материалов, а также плоскостных и пространственных большепролетных конструкций: металлические и металлодеревянные фермы и арки Н.А. Белелюбского, Полонсо, Финка, складчатые конструкции покрытия Ф.С. Ясинского, оболочки двоякой кривизны В.Г. Шухова, стержневые конструкции Телфорда, Реблина, Эйфеля и др.

Свое активное участие промышленная архитектура продемонстрировала и в развитии сборного строительства, несмотря на то, что первенство здесь ей не принадлежало. Такой метод возведения был создан раньше в фортификационных сооружениях и жилых зданиях. Тем не менее именно в промышленном строительстве, для которого всегда были важны сроки введения объектов в эксплуатацию, получили широкое развитие методы сборности, унификация и стандартизация объемно-планировочных параметров, конструктивных элементов и узлов.

Будучи очень утилитарной областью зодчества, и считавшейся даже «архитектурой второго сорта» из-за специфического подхода к решению художественных вопросов, промышленное зодчество играло определенную роль и в формировании новых идей и художественных представлений, а на отдельных исторических этапах эта роль была даже решающей. Уже говорилось об участии промышленной архитектуры в создании стилистики XX в. Именно силуэт производственного здания – телефонной компании Барклай-Вессей, (Нью-Йорк, 1926 г.), Ле Корбюзье поместил на обложку своего манифеста «Вперед, к новой архитектуре» [5, с. 35]. Показательно, что именно у промышленного архитектора П. Беренса учились известные мастера современной архитектуры Л. Мис ван дер Роэ, В. Гропиус, Ле Корбюзье. Суммируя конструктивное, техническое и художественное влияние промышленных зданий Ф.Л. Райт писал об архитектуре ХХ в., что «только наши промышленные здания могли бы что-либо толком рассказать о нас» [6, с. 168–199].

В 1970-х гг. промышленная архитектура продемонстрировала еще одну художественную новацию – стиль high-tech, первой и знаковой постройкой которого стал культурный центр Ж. Помпиду в Париже.  Его создатели, архитекторы Р. Пиано и Р. Роджерс, использовали прием освобождения внутреннего пространства от технических элементов и их художественного осмысления еще раньше в заводах электроники, да и сам культурный центр интерпретировали как фабрику постижения культуры.

Сегодня промышленная архитектура – это широко употребляемое понятие, идентифицирующее пространственную среду для производственных процессов. Здесь постоянно взаимодействуют и соперничают две системы: машина и человек, что делает промышленную архитектуру очень подвижной, гибкой, изменчивой. Ее объекты разнообразны и включают производственные здания и сооружения, предприятия и их группы, промышленные районы и технологические парки, промышленные зоны и целые техно-полисы.

Промышленная архитектура всегда развивалась динамично, в ней формировались, совершенствовались и трансформировались объемно-планировочные типы, рефлексировались время и мировоззрение, общественные отношения, постоянно шел поиск новых планировочных приемов, конструкций, материалов, технических устройств, способов их строительства и эксплуатации. История промышленной архитектуры является частью общей истории любой страны, позволяющей представить целостную картину мира и своего места в нем.

Что же касается нашей страны, то промышленная архитектура на белорусских землях стала формироваться со второй половины XIX в. Начиная с этого времени Беларусь достаточно быстро встроилась в общемировой процесс, что обуславливается главной особенностью промышленной архитектуры – глобальной общностью развития, его одинаковостью для любой страны территории и региона [7]. Однако наиболее значительным для отечественной практики стал послевоенный период: 1950–1980-е гг., когда не только успешно осваивались типы объектов, формирующиеся за рубежом, но и принималось активное участие в их создании. Сложившийся штат квалифицированных специалистов (Л. Афанасьева, И. Бовт, С. Ботковкий, Э. Ботян, М. Буйлова, И. Березкина, Е. Глецевич, А. Гончаров, М. Гродников, Л. Китаева, Е. Ковалевский, С. Корчик, А. Малашко, Л. Сагалов, В. Цирш, Г. Чирвон, Н. Шидловская, Н. Шпигельман, Н.Шумихин и др.), широко развернутое строительство промышленных объектов поставили республику в число лидирующих стран. Строились практически все разновидности типов объектов, а в проектировании отдельных типов: пролетного здания, корпус-завода, административно-бытовой группы, промышленных узлов и районов, – были достигнуты результаты, ставшие существенным вкладом в мировую практику.

Приоритетности пролетного здания способствовала машиностроительная специализация республики: комплекс заводов Минлегпищемаша в Бресте (1972–1974 гг.); заводы автоматических агрегатов (1968 г.), карданных валов (1958–1961 гг.), бытовых приборов в Гродно (1958 г.). Этот тип нашел применение и в других отраслях, традиционно использовавших многоэтажные корпуса: ковровый, чулочный комбинаты в Бресте (1964–1966 гг.); прядильно-ниточный комбинат в Гродно (1971–1974 гг.). Размер рядового пролета принимался до 24 м, что являлось передовым для Восточной Европы и соответствовало практике западноевропейских стран и США.

Большие успехи были сделаны в разработке административно-бытовой группы. Эти объекты в силу социально-ориентированной политики государства стали одними из лучших в европейской практике. Причем они входили в состав рядовых предприятий Беларуси, тогда как за рубежом аналогичные решения использовались на крупных, известных заводах.

Художественная трактовка промышленных зданий, начиная с 1950-х гг., стала строиться на принципах рационализма и индустриальной утилитарности. Использовались специальные приемы усиления значимости, дополнительного декоративного украшения фасадов. Стремление сделать производственную среду красивой и привлекательной способствовало росту общей и бытовой культуры населения, никогда ранее и нигде такие задачи не ставились.

Белорусская практика строительства промышленных узлов была самой широкомасштабной и успешной на территории Восточной Европы и СССР, достаточно сравнить количество разработанных промышленных узлов в республике – 55 за 30 лет, с практикой Великобритании – 81 за 80 лет [7]. Наши промышленные узлы отличались градостроительной организацией и архитектурно-планировочным замыслом, позволяющим создавать на больших территориях целые ансамбли: Брестский Восточный и Южный, Гродненский Северный и другие промышленные узлы.

Так что же можно ожидать в будущем? В конце ХХ в. рядом ученых состояние промышленной архитектуры в мире, как, впрочем, и многих других строительных областей, стало характеризоваться как кризисное. Экономический спад, смена технологий (переход к V–VI технологическим укладам) и закономерное отмирание ряда отраслей, высокая стоимость технического обеспечения производства, экологические и социальные проблемы городов и проч. привели к негативным явлениям в промышленном проектировании: упрощению архитектурных решений, низкому качеству производственной среды, стагнации ряда существующих типов объектов, их неспособности отвечать сегодняшним требованиям производства и общества.

Однако кризисные состояния не являются уникальными явлениями, они всегда сопровождают развитие цивилизации, это закономерный процесс динамики любой сложной эволюционирующей системы. Промышленная архитектура стоит на пороге изменения традиционных подходов к формообразованию. И сегодня можно выделить следующие тенденции ее развития.

Неуклонная и последовательная поляризация промышленной архитектуры будет разделять ее на объекты, зависящие в своем формообразовании от технических составляющих производства, и объекты, ориентированные прежде всего на человека. Также уже очевидным становится разделение на объекты сверхсложные, уникальные во всех отношениях, в том числе и с художественной точки зрения, и объекты простые, экономичные «коробки», срок службы которых недолог.

Промышленная архитектура, особенно в ее объемных объектах, станет развиваться в двух расходящихся направлениях. Первый полюс будет тяготеть к зданиям-машинам, оболочкам для механизмов и процессов. Второй полюс – здания, все более приближающиеся к гражданской архитектуре. Для таких объектов грань между промышленным и гражданским будет все более размываться и вполне вероятно, что они перестанут представлять промышленную архитектуру. В связи с этим потребуется реорганизации профессиональной практики, в том числе специальных институтов гражданского и промышленного проектирования.

Продолжающаяся унификация производственного пространства может трансформировать и даже сломать отраслевые рамки, объекты всех отраслей должны будут представлять собой пространство, где смогут размещаться различные процессы. Тенденцией становится адекватность не производственному процессу, а его будущим изменениям. Разработка приемов повышения гибкости, универсальности пространства может рассматриваться в качестве основного направления проектно-строительной практики.

В промышленной архитектуре все более будут проявляться интегративность и полифункциональность объектов, постепенно заменяя планировочную и пространственную «изоляцию», дистанцирование объектов промышленного производства от окружающей среды. Сближение и взаимопроникновение разных функциональных процессов, включение в производственные объекты общественных служб, доступных для свободного посещения, сделают их более открытыми и гуманистичными.

Данные процессы уже проявляются в практике строительства Республики Беларусь как индустриально развитой страны. Сегодня сложный транзитивный этап перестройки социально-экономических отношений, в который республика вошла в 1990-х гг., пройден. Современные предприятия возводятся во всех отраслях промышленности, в практику промышленного проектирования пришли новые специалисты (Т. Забелло, А. Мацкевич, С. Митько, Л. Прожого, И. Русина, Л. Смольская, А. Сущеня, А. Шафранович, В. Шевченко, С. Шиманский и др.), усовершенствовалась отечественная строительная база, градостроительные подходы. Мы накопили большой опыт промышленного проектирования и заняли значимое место в мировом процессе развития промышленной архитектуры. Сегодня в наших силах эти позиции удержать!

 Литература:

  1. Jones, E. Industrial architecture in Britain: 1750–1939 / J. Edgar. – NY: Facts on File, 1985. – 239 p.
  2. Kostof, S. A history of architecture / S. Kostof. – NY, Oxford: Oxford University Press. – 1995. – 599 p.
  3.  Бархин, М. Г. Динамизм архитектуры / М. Г. Бархин. – М.: Наука, 1991. – 192 с.
  4. Гидион, З. Пространство, время, архитектура / З. Гидион; пер. М. В. Леонене, И. Л. Черня. – М.: Стройиздат, 1984. – 455 с.
  5. Dupre Judith. Skyscrapers. – New York: Black Dog & Leventhal Publishers, Inc., 1996. -  128 p.
  6. Мастера архитектуры об архитектуре / Под ред. Иконникова А. В. – М.: Искусство,  1972. – 590 с., илл
  7. Морозова, Е. Б. Эволюция промышленной архитектуры / Е. Б. Морозова. – Минск: БНТУ, 2006. – 240 с.