Материалы

Несвиж: памятник градостроительства эпохи Возрождения

nesvigbachkovПервые письменные упоминания о поселении относятся к 1446г., тем же 15 веком датируются ранние археологические находки на территории города Несвижа.

 

Он принадлежал последовательно Селявке, Немиричу, Монтыгирду, Кишкам. В 1513 году Анна из рода Кишков выходит замуж за Яна Радзивилла «Бородатого» с Несвижем в приданое. Их внук и сын Николая «Черного» Николай Кристофор Радзивилл «Сиротка» положил начало градостроительной истории Несвижа, начав в 1582 году возведение замка и города. Долго до этого пребывавший в Европе, он воплощает планировочную концепцию замысла в духе ренессансных воззрений, в центре которых находится человек.

Новым в эту эпоху является ощущение человека себя как личности, словами А.Ф.Лосева, «постоянно стремящейся абсолютизировать себя в своем гордом индивидуализме, в своем самостоятельном, ни от кого не зависящем существовании». Человек становится эталоном красоты и совершенных пропорций.

Появляется «титанический» антропоморфизм в архитектурных произведениях Альберти, Палладио и особенно Микеланджело, уподоблявшим пропорции сооружений человеческому телу. Одновременно формируется целостный взгляд на градостроительство, идущий от посыла Витрувия: «Город есть огромный дом или, наоборот, дом есть маленький город». Интерес к городским пространствам на протяжении всего 16 века подтверждается многочисленными архитектурными рисунками известных мастеров. Был написан даже трактат Себастьяно Серлио, в котором автор уделил много внимания построению перспективы, а также проблеме объединения внешнего пространства улиц с дворцами и интерьерами домов.

В градостроительной эстетике итальянского ренессанса представлены два типа антропоморфизма – абстрагированный, воспроизводящий не фигуру человека, а лишь пропорции совершенного человеческого тела (Альберти, Филарете), и абсолютизированная, гипертрофированная идея, когда контуры идеального города и его части изображались как производные от человеческой фигуры (Мартини, Катанео). Франческо ди Джорджио Мартини в своем трактате «Об архитектуре, инженерии и военном искусстве» (1489) изображает мужскую фигуру, на голове которой находится цитадель, на месте локтей и ступней ног - крепостные башни, соединенные стенами. На животе его располагается центральная площадь, с нею связана базилика, размещенная на груди. В трактате он также пишет: «Ладони и ступни предназначены для других храмов и площадей» и доходит почти до натурализма: «Глаза, уши, нос, рот, а также жилы, кишки и другие органы, находящиеся внутри и снаружи, соответствуют необходимости и нуждам тела; то же самое следует соблюдать при постройке городов». Крепость уподобляется голове, нуждающейся в особой защите, она, подобно человеческому лицу, имеет глаза и способна обозревать все тело города.

На плане 1797 года ренессансная структура Несвижа представлена почти без изменений. Здесь все, как у Мартини: и голова – замок, соединенный с городом шеей – эстакадой, и сердце – приходской храм, и чрево – рыночная площадь с лавками и ратушей. Оборонительные укрепления города, руки, усилены монастырями – ладонями. Пластическая метафора архитектуры воплотилась в реальность весьма скоро. Изображение замка и города на гравюре Томаша Маковского 1604 года уже дает представление о пространственном и высотном выделении указанных элементов городского образования. Все они существуют и поныне. Утрачены городские стены, бастионы, большинство брам, но их местоположение легко угадывается в топологии города. В обороне и замка, и города значительную роль играла вода искусственных прудов - столь же важно ее участие в эмоциональном прочтении внешних видов на город и замок. Но главная ось восприятия замок – город (как, впрочем, и в противоположную сторону) заложена еще частновладельческим градостроительством, ведь глаза цитадели - это глаза ее господаря, получающего удовольствие от созерцания города как красивой картины, созданной им самим, тем более что он, скорей всего, уже знает понятие «перспектива». Для этого в замке со стороны города построена башня при каменице, имеющая в верхнем ярусе помещения для обзора и наружное крыльцо над крышей здания. В отличие от мистического отношения к средневековому городу, создаваемому никак не человеческим разумением, тут демонстрируется самосознание и творчество личности. Город к замку стоит фронтально, его восточная сторона почти параллельна продольной оси замка, чем и воспользовался Маковский, показывая «правильное» изображение города в виде центральной перспективы из точки, на которую нельзя забраться. У него тоже ренессансное видение…

Насколько велико влияние итальянского ренессанса на строительство в Несвиже, хорошо видно во дворе замка. Трапециевидная форма двора имеет своим аналогом площадь Капитолия в Риме и близка ей по абсолютным размерам. В Риме глубина площади от дворца Сенатора до балюстрады (по А.В.Бунину) составляет 79 м, до пьедесталов у главного входа на площадь - 80м, протяженность ренессансного замка от дворцового ризалита до стены вала - 86,35 м, а если считать до выступавшей во двор брамы – 81,27м. Ширина в узком месте между Капитолийским музеем и дворцом Консерватори - 40 м, в аналогичном месте от каменицы до арсенала в замке – 43,39 м. Высота до парапетов боковых палаццо площади Капитолия - 20 м, такая же высота и у каменицы, только уже до конька крыши на уровне верха четверика башни. Двойная ширина в длине и двойная высота в ширине - закономерность, связывающая эти памятники эпохи. Микеланджело в своей работе заставляет пространство быть активным, он искажает реальную перспективу, делает ее иллюзорной, аналогичным образом поступают вслед за ним и строители замка в Несвиже (при взгляде на дворец от брамы двор кажется шире, а дворец ближе, чем в действительности).

Европейское градостроительство эпохи Ренессанса вынуждено было осуществляться в старых средневековых городах, занимаясь в основном реконструкцией. Тем весомее значение тех немногих осуществленных проектов, к которым относится и ренессансный Несвиж. Именно поэтому город нуждается в тщательной регенерации, и главным в этой работе должно стать реставрационное направление. Ключом к реставрационному направлению регенерации исторической застройки явился бы подход, учитывающий характерные для эпохи Ренессанса особенности восприятия как города в целом, так и отдельных узловых композиций. Необходимо выдержать объемно-пространственные соотношения доминант и массовой застройки, того и другого – с их пограничными зонами по линиям бывших укреплений и, конечно, в контексте обводненного ландшафта. Здесь, наряду с реставрацией недвижимых ценностей высоких категорий (замок, фарный костел, плебания, комплексы бывших иезуитского, бернардинского, бенедиктинского монастырей, ратуши с торговыми рядами и др.) и их территорий, следует рассматривать каждый планировочный элемент с целью возвращения его первоначальных пространственных границ, воссоздания утрат или их компенсации, реконструкции или сноса диссонирующих историческому облику элементов застройки, благоустройства и озеленения.

В.В.Бачков, архитектор